Камень Трокентана. Книга 3 [СИ] - Павел Ан

безветрие, так, что ни один листик на деревьях не колыхался. Весь подземный сад замер в своем великолепие, словно был высечен и камня.

Их неспешная прогулка по подземному саду заняла около часа, пока, наконец, они не подошли к огромному каменному фасаду дворца. Во дворец был только один вход, который преграждали собой огромные, обитые металлом ворота, одна из створок которых была несколько приоткрыта. Никаких окон на фасаде не было, зато был весьма широкий балкон, на высоте не менее десяти локтей от пола. Балкон был каменным и имел роскошные резные перила. Прохода, выводящего из дворца на балкон, снизу не было заметно, но его не могло не быть, тем более, что наблюдать за всем происходящим в саду с этого балкона было бы весьма удобно. И вполне вероятно, что эту возможность уже использовал тот, кого они так опасались.

Аллея заканчивалась локтях в двухстах от входа, невысокой но довольно широкой лестницей, поднявшись по которой, они оказались на выложенной полированным камнем площадке, похожей на ту которой заканчивалась ведущая в пещерный зал лестница. Посреди площадки, как бы в больших каменных вазах, росли невысокие деревья с очень пышной сине-фиолетовой листвой, которая так плотно покрывала каждое дерево, что нигде не было видно его ствола или голой ветки.

Они аккуратно шли мимо каменных ваз, напряженно наблюдая за фасадом дворца.

«Винилин, смотри, вон там возле вазы» — тихо сказала Алорон.

Винилин посмотрела в указанную сторону и увидела на полу, возле одной из ваз, лежащую на земле книгу в красивой кожаной обложке. Она была открыта и лежала страницами вниз, а возле нее на мраморном полу были беспорядочно рассыпаны желтоватые листы пергамента, а также засохшие листья причудливой формы и цвета.

— О, да это же альбом с листьями этой треклятой Асоле, чтоб она подавилась.

— Теперь мы знаем, что они точно были здесь и точно вошли во дворец.

— Погоди, я хочу посмотреть эти листья, мне всегда было это интересно.

Винилин подошла и подняла альбом. Некоторые бывшие в нем листья сломались при падении, так как были сухими и весьма ветхими. Винилин принялась листать альбом, рассматривая его содержимое. Оказалось, что помимо сухих листьев в нем также было множество весьма неплохих зарисовок различных деревьев. Зарисовки сопровождались краткими фразами, написанными ровным, красивым подчерком.

— О смотри ка, она тут что-то написала на пергаменте. Какие-то непонятные закорючки, можешь прочесть?

— Это на амилит. Какой у нее ровный и хороший подчерк, мне бы так писать. Тут вообще-то написаны названия деревьев. Вот это «Северный желтолист», а это «Синий дуб» А тут, как я понимаю его лист. Какой-то он не синий, но если только немного синеватый.

— Ботаника, это конечно очень интересно, но несколько не своевременно. Посмотри, может там написано что-нибудь полезное для нас сейчас.

Алорон принялась листать альбом, но ничего кроме описания деревьев в нем не было. Винилин подняла выпавшие из альбома листы пергамента и принялась рассматривать их.

А ну-ка, Алорон, посмотри вот этот лист, тут на нем много написано и нет никаких рисунков.

Алорон быстро пробежалась глазами по тексту.

Да, это не про ботанику. Похоже это что-то типа дневника, правда пишет она короткими фразами, ну да ладно, читаю.

Давно не вела дневник, но теперь обстоятельства складываются так, что мне необходимо с кем-то поделиться.

Мы переправились через реку, впереди пустоши. Нам должно очень повезти. Каждый клинок на счету, и даже женщины нам пока пригодятся.

Все пошло не так, они сбежали от нас. Нас заметили орки, стоило большого труда оторваться от них. Надеюсь, они убили женщин. В любом случае, Истри будет вне себя от ярости.

Я нашла Истри, она очень устала и проголодалась, я спасла ей жизнь, но она все равно очень разозлилась, что я пошла за ней, а также упустила женщин. Ох уж эта Истри, иногда она бывает просто невыносима.

Каулен, охранявшее вход в каверну, мертво. Дверь была закрыта, никаких следов не видно. Вероятно, мы с ними больше никогда не встретимся вновь. Нам надо бы передохнуть перед этой трудной дорогой, но Истри очень торопится.

Как я устала идти по этой каверне. Люди сами не едят, но мы себе ни в чем не отказываем. Эти глупые чувства, которые они ко мне испытывают, они питают их силы, но съедают их самих, так они долго не протянут.

Каулен устроило нам засаду на выходе из каверны, оно убило Румио. Это было ужасно, мы едва спаслись. Истри применила какую-то магию, чтобы прогнать его. Не знала, что она так умеет. Мы оставили Ренга задержать каулен, все равно он теперь не жилец. Все очень скверно.

Истри, я не узнаю ее, она как-то сильно изменилась. Она почти не разговаривает со мной, ее взгляд стал какой-то странный. Что с тобой Истри?

Дракон действительно мертв, надежда жива, мы поможем вам, держитесь!

Истри ушла вглубь и оставила меня ждать наверху, откуда тут взялось все это золото? Раньше тут его не было… Боюсь Ренг не сможет задержать каулен надолго, надо торопиться, а Истри медлит. Может мне спуститься вниз самой?

Наконец Истри вернулась, она открыла дверь. Что с ней? Она очень бледна и резка со мной эта магия что-то сделала с ней.

Какой чудесный сад, тут ничего не изменилось за столько лет. Похоже, здесь никого нет кроме нас. Апос сгинул, теперь мы сможем вернуть себе все похищенное им!

Истри ушла во дворец и велела мне подождать, так как там может быть опасно, я очень боюсь за нее, мне очень страшно. Моя храбрая сестренка, ты всегда была примером для меня.

— «Тут дальше подчерк неровный, еле разборчивый» — сказала Алорон, приостановив чтение.

— Писал кто-то другой?

— Нет, она. Похоже, у нее просто дрожали руки. Продолжаю читать, тут осталось совсем немного.

Раздался какой-то оглушительный визг, стены зала задрожали, мне очень страшно. С Истри что-то случилось. Мне очень страшно. Неужели Апос еще здесь?

Мне очень одиноко и страшно. Где ты сестренка? Пожалуйста вернись целой и невредимой!

Зря мы сюда пришли, каулен скоро будет здесь, а там во дворце что-то есть. Истри пропала. Все очень, очень скверно!

Меня кто-то зовет, по-моему этот голос Истр…

— «Ну вот и все записи» — закончила чтение Алорон и, положив лист пергамента в альбом, отдала его Винилин.

— Я же говорила, что Апос это Истриэль. Глупые недотепы гномы, чуть ли не за руку провели его через пустоши. Кормили, поили и охраняли, простофили. Ладно, альбом я сохраню себе на память, да и